Лечение конституциональных заболеваний

Страница 1

(1969)

Одним из старейших вопросов медицины является выявление индивидуаль­ной склонности, или предрасположенности, к заболеванию. Медицина всегда искала общие правила, которые позволили бы ей понять динамику и обнаружить «предшественников» патологических проявлений заболевания, т.е. основную тенденцию к определенным клиническим выражениям. Это и есть вопрос понимания конституциональной предрасположенности к опре­деленной жизненной позиции и органической патологии.

Создается впечатление, что и древние восточные идеи, и современная западная мысль базируются на одном и том же основополагающем философс­ком соглашении о существовании в человеке примитивного биологического сознания, которое связывает заболевание с развитием личности.

Изучение человеческой психики всегда было одним из самых сложных воп­росов медицины всех времен. Теперь нам не кажется странным, что органичес­кие и психосоматические заболевания, такие, как туберкулез и рак, не возника­ют без нарушений личности. Античная теория Гиппократа о существовании четырех жидких сред организма и соответствующих им темпераментов — холе­рического, сангвинического, флегматического и меланхолического — приписы­вая каждому виду темперамента специальные клинические категории. Мелан­холию, например, связывают с заболеваниями селезенки, а ипохондрию и тре­вогу о здоровье — с заболеваниями печени. Таким образом, первые основы пси­хосоматической медицины были заложены еще Гиппократом.

Аналитический подход, характерный для медицинских исследований XIX столетия, сконцентрировал свое внимание на этиологии и симптоматике забо­леваний, пренебрегая их целостностью. Забавно, что подход этот привел к мета­физической ловушке, сама идея которой отрицается научным материализмом.

Микробная теория Пастера внесла огромный вклад в изучение отдельных заболеваний. Однако, ослепленная возможностью нового терапевтического подхода через воздействие на специфические микроорганизмы, общепри­нятая медицина далеко вышла за рамки выводов, сделанных самим автором, тогда как в конце жизни Пастер утверждал, что предрасположенность играет решающую роль по сравнению с микробами.

Однако материалистически ориентированной медицине гораздо проще объяснить тот факт, что, подвергаясь воздействию одних и тех же инфекци­онных агентов, одни люди заболевают, а другие нет, материальным поняти­ем естественного иммунитета.

Я не буду обсуждать ту пользу, которую принесла человечеству инфекци­онная теория Пастера. Она применима лишь в узких рамках, а широкое ее использование привело к появлению агрессивных форм терапии и превыси­ло ее положительный вклад в науку. Несколько лет назад произошел курьез­ный случай: один американский врач решил, что он обнаружил бациллу эпи­лепсии в кишечнике пациента, страдающего этой болезнью. Придержива­ясь полученной во время учебы концепции происхождения болезней, он не мог понять, что эпилепсия является не инфекционным заболеванием, а пси­хологической и нервной реакцией, тесно связанной с личностью пациента или вызванной неврологическими нарушениями.

Я сам наблюдал случай, когда антиальфа и эпсилон вакцины были пропи­саны от синусита молодой девушке, уже и так истощенной большим количе­ством вакцин и антибиотиков. И это не единственный случай, в наши дни это универсальный метод лечения местных инфекций, несмотря на то что он повреждает миндалины, зубы, аппендикс, желчный пузырь и даже участки кишечника. Меня всегда поражает единодушная приверженность медицин­ского мира к подобным методам, так же как и его нежелание понять, что местная инфекция является не причиной, а следствием заболевания, и выз­доровление пациента происходит не за счет подавления местной инфекции, а в соответствии с законом исцеления.

И все же, несмотря на широчайшее использование антибиотиков, кортикостероидов и психотропных средств, клинический подход, подразумеваю­щий лечение личности пациента, а не болезни как абстрактного понятия, оторванного от пациента, добился некоторых успехов.

Ганеман был не единственным, кто ратовал за изучение болезни как целого с учетом всей симптоматической картины и анамнеза жизни пациента. Так по­ступали и многие другие, от самого Галена, создателя аналитической медици­ны, до Клода Бернара, лидера экспериментальной медицины, который утверж­дал, что «органическая физиология может быть выражена в терминах физики и химии, но организм в целом действует как живой объект и, без сомнения, под­чиняется законам, которые стоят выше физиологии и органов».

Настоящая болезнь развивается задолго до симптомов и их органического выражения. Это болезнъ реr sе, динамический корень болезненной предрас­положенности, тот жизненный субстрат, который, будучи пока еще лишен­ным физических симптомов, выражает себя через индивидуальный способ жизни пациента и бессознательно определяет силу или смелость, с которой пациент борется в процессе адаптации.

Страницы: 1 2 3 4

Дополнительные материалы

История изучения
Растения, содержащие гликозиды, привлекали к себе внимание ещё со времён глубокой древности. Так, египтяне и римляне применяли морской лук (Scilla maritima) для возбуждения сердечной деятельности. Препараты из семян и коры строфанта (Strophantus hispidus) использовались не только для возбуждения сердечной деятельности, но и для отравления стрел. Применение наперстянки (Digitalis purpurea) для лечения водянки было известно уже в 1785 году. Первые попытки изучения веществ, выделенных из листьев ...